Об осуществлении представительства сторон в судах

Неюристов лишают судебных перспектив

Об осуществлении представительства сторон в судах

В Госдуму внесены поправки, по которым представителями в судах по гражданским и арбитражным спорам смогут быть только юристы, причем с российским профильным высшим образованием или ученой степенью.

Участников рынка идея насторожила — в предложенном варианте она создаст целый ряд проблем, не гарантирует роста качества услуг и осложнит планирующуюся адвокатурой вместе с Минюстом реформу отрасли.

В Федеральной палате адвокатов считают, что проект разработан в интересах Ассоциации юристов России, которую возглавляет предложивший поправки Павел Крашенинников.

В Госдуму РФ внесен законопроект «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты». Его автор — председатель комитета по государственному строительству и законодательству Павел Крашенинников. Депутат предлагает внести изменения в ст. 49 Гражданского процессуального и ст.

 59 Арбитражного процессуального кодексов. Планируется, что они вступят в силу с 1 июля 2018 года, но не будут распространяться на судебные разбирательства, начатые до этой даты. идея — ограничить круг судебных представителей лицами с высшим юридическим образованием.

Та же идея содержится и в законопроекте Верховного суда РФ, который планируется вынести на пленум в октябре.

Текущий проект «разработан в целях обеспечения реализации прав граждан на получение квалифицированной юридической помощи», говорится в пояснительной записке.

«Нередко представитель называет себя адвокатом или юристом, не имея юридического образования, а гражданину, который нанимает такого представителя для участия в суде, введение в заблуждение и даже обман не всегда очевидны»,— считает автор законопроекта.

Согласно поправкам, представитель в суде должен иметь высшее юридическое образование, полученное по программе с российской госаккредитацией, либо иметь ученую степень по юридической специальности, присвоенную в РФ.

Представителями могут выступать и российские организации, но для участия в судопроизводстве они должны будут направить граждан, соответствующих вышеназванным требованиям. Законопроект оговаривает аналогичные требования для иностранных граждан и юрлиц — российский диплом или ученая степень.

Тем, кто окончил зарубежный вуз, придется сдать экзамен в «общероссийской общественной организации граждан, имеющих юридическое образование». Ассоциация юристов России (АЮР), которую возглавляет все тот же Павел Крашенинников, уже изъявила желание выступить в таком качестве.

«АЮР может стать органом, осуществляющим допуск к профессии. Для иностранных юристов и адвокатов такой допуск будет введен в обязательном порядке»,— сообщил “Ъ” председатель правления АЮР Владимир Груздев.

Партнер А2 Михаил Александров полагает, что стоит рассмотреть возможность создания некоего кооперативного органа АЮР и адвокатуры: «Адвокатура действует на основании отдельного закона, а АЮР все же просто общественная организация, пусть и очень уважаемая». Первый вице-президент Федеральной палаты адвокатов РФ (ФПА) Евгений Семеняко полагает, что «АЮР фактически берет на себя роль структуры, которая, минуя идущие сейчас процессы, хочет самостоятельно решить вопрос о допуске к судебному представительству».

Юристы одобряют саму идею профессионального представительства в судах, но полагают, что проект не решит полностью проблему оказания неквалифицированной правовой помощи.

По оценке партнера Herbert Smith Freehills Алексея Панича, на практике более 90% всех судебных представителей и так юристы, но лучше предоставить это право адвокатам, которые обязаны соблюдать профессиональные стандарты.

Михаил Александров считает, что «надо в любом случае двигаться в направлении хоть какого-то регулирования этого рынка». По его мнению, допускать в суды только адвокатов нельзя из-за их небольшой численности и высокой специализации, прежде всего на уголовном праве.

https://www.youtube.com/watch?v=5SR_fyLPl1E

Евгений Семеняко согласен, что к судебному представительству должны быть допущены профессионалы: «Но проект не решает эту задачу, а напротив, может ухудшить ситуацию».

Он отмечает, что проект противоречит ФЦП о реформе рынка юруслуг, согласно которой Минюст совместно с ФПА и при участии юридических фирм уже несколько лет разрабатывает порядок представительства интересов в судах (концепцию адвокатской монополии). «Осенью итоговый текст концепции планировалось представить общественности.

Внесение этого проекта стало для нас неожиданностью, с нами он не обсуждался»,— подчеркнул Евгений Семеняко, назвав это «действиями, направленными на подрыв реформы».

По словам юристов, у граждан останется право самостоятельно защищать свои интересы в суде. И все же, по мнению Алексея Панича и Евгения Семеняко, можно было бы предусмотреть исключения и разрешить представлять интересы физлиц неюристам по некрупным и несложным спорам.

«Например, для близких родственников гражданина, который по каким-либо причинам не может участвовать в процессе самостоятельно, а расходы на юристов не может или не хочет нести»,— поясняет Алексей Панич.

Он считает, что исключения нужно сделать и для работников юрлиц: «Из законопроекта следует, что гендиректор организации не сможет представлять ее интересы в суде».

По мнению юристов, сам по себе факт наличия юридического образования не гарантирует оказания качественных услуг. «Законопроект предъявляет требование лишь к наличию диплома.

При этом в нем отсутствуют требования к опыту юриста, нет ответственности за оказание неквалифицированной правовой помощи, нет организации, которая бы обеспечила соответствие представителей определенным стандартам и наличие квалификации,— считает господин Семеняко.

— Этот проект открывает дорогу в суды вообще всем желающим, включая лиц, изгнанных из адвокатуры».

Анна Занина, Андрей Райский

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3422951

Проект закона: Представители в суде могут быть только с юридическим образованием

Об осуществлении представительства сторон в судах

С коллегой @A.Kuzyashin после его поста https://pikabu.ru/story/pro_kredit_i_strakhou_5931263 зашел спор.

Суть: он хорошо провел дело, доказал факт страхового случая и взыскал страховку в пользу банка, но, прочитав решение, я возмутился тем, что в его выложенном судебном решении нет ни слова о штрафе по закону о защите прав потребителей в пользу истца, на что он возразил, что такого штрафа быть не могло, так как выгодоприобретателем являлся банк.

Разберем эту ситуацию подробнее. С точки зрения закона ситуация, когда ваш кредит застрахован выглядит следующим образом:

Очевидно, что так как клиент заплатил деньги страховой, то он является потребителем ее услуг. Схема же, при которой выгодприобретателем является банк (то есть, при наступлении страхового случая сначала получит деньги банк), по сути является такой:

В случае, который привел коллега у себя на сайте, суд воспринял ситуацию как на второй части этой картинки, то есть, не понял, что человек в этой ситуации является потребителем услуг страховой компании. Факт того, что гражданин именно потребитель также вытекает из ст. 956 ГК РФ:

Страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика.

То есть, технически, гражданин в любой момент может поменять того, кто получит деньги по страховке, даже на самого себя, поэтому любое взыскание по страховке даже в пользу банка – это взыскание в пользу гражданина, неважно, будь то спор по каско или по возмещению вреда жизни или здоровью.

Для нас не важно, кто в конечном итоге получит ваши деньги, банк или сам клиент, главное, что это ваши деньги, поэтому со всех присужденных сумм по страховкам, неважно в чью пользу, взыскивается штраф в пользу потребителя.

По каско такая практика устоялась давно и полностью, поэтому никого не удивляет, по искам о страховании жизни и  здоровья – тоже ничего фантастического в этом нет.

Для неюристов краткое резюме: требуйте с юристов при исках по страховке взыскания штрафа по закону о ЗПП.

Дальше приведены выдержки из апелляционных определений, скорее всего, они будут интересны юристам, но также оттуда можно взять готовые формулировки для тех, кто хочет попытаться самостоятельно побороться за страховку :)В обоих делах я лично принимал участие от начала и до конца, но кодекс профессиональной этики адвоката запрещает мне даже указывать суд, в котором рассматривалось дело, так как это позволит желающим найти моего доверителя, поэтому, я, конечно, прошу прощения, но убрал из текста все, что поможет идентифицировать моего клиента.П.С. Лига детективов, я знаю, что все равно есть возможность отыскать нужные решения целиком, но я прошу вас с уважением отнестись к адвокатской тайне и не публиковать результаты расследования.П.П.С. Многие спрашивают, как прошла апелляция по делу экстрасенсов. Отвечаю – пока еще не прошла, пока ждем, когда МГС назначит дату.

№1 – При живом истце.

————– ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от ———- года № ——2017

Судебная коллегия по гражданским делам …

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе представителя общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ВТБ Стр…ие» … на решение … суда … области от … 2017 года, которым исковые требования … удовлетворены частично.

Факт установления … инвалидности признан страховым случаем по договорам страхования жизни и трудоспособности физических лиц от несчастных случаев и болезней, заключенных между … и обществом с ограниченной ответственностью Страховая компания «ВТБ Стр…ие» (№… и №…).

С общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ВТБ Стр…

ие» в пользу выгодоприобретателя Банка ВТБ 24 (публичное акционерное общество) взыскано в счет погашения задолженности по кредитному договору №… от …

года страховое возмещение в размере 190 000 рублей, в счет погашения задолженности по кредитному договору №… от … года страховое возмещение в размере 165 600 рублей.

С общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ВТБ Стр…

ие» в пользу …. взыскана компенсация морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф в размере 182 800 рублей.

В остальной части исковых требований … отказано.

С общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ВТБ Стр…

ие» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере … рублей.

Встречные исковые требования общества с ограниченной ответственностью Страховая компания «ВТБ Стр…ие» к … о признании недействительным договора страхования оставлены без удовлетворения.

Заслушав доклад судьи областного суда …, объяснения истца по первоначальному иску (ответчика по встречному иску) …, его представителя Чумакова А.А., судебная коллегия

установила:

[…]

Судебная коллегия, проверив законность и обоснованность решения суда в силу части 2 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях на нее, полагает, что оснований для отмены судебного акта не имеется.

Разрешая спор и частично удовлетворяя требования …

, суд первой инстанции, правильно руководствуясь статьями 179, 181, 199, 431, 927, 934, 943, 944, 945, 961, 962, 963, 964, 965 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 13, 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», условиями договора страхования, правилами страхования, исследовав медицинские документы, обоснованно исходил из того, что у страховщика возникла обязанность по страховой выплате в размере, определенной договором страхования страховой суммы в связи с наступлением в период действия договора страхования страхового случая – установлением … года застрахованному лицу … II группы инвалидности в результате болезни.

Доводы апелляционной жалобы страховщика о недействительности договора страхования в связи с тем, что …

при заключении договора страхования сообщил страховщику заведомо ложные сведения относительно состояния своего здоровья, на момент заключения договора страхования уже страдал заболеваниями, на основании которых в дальнейшем ему была установлена инвалидность, о том, что заявленное … событие не является страховым случаем, судебная коллегия полагает несостоятельными.

Судебная коллегия при отказе в назначении по делу экспертизы с целью установления причинно-следственной связи между заболеваниями, имевшимися у …

до заключения договора страхования, и заболеваниями, на основании которых ему была установлена инвалидность, исходила из того, что судом первой инстанции такое ходатайство страховщика было рассмотрено, в нем обоснованно отказано.

Достаточных оснований для назначения требуемой экспертизы в суде апелляционной инстанции апеллянтом не приведено.

Согласно разделу 3 договора коллективного страхования от несчастных случаев и болезней № 1771 от 27 мая 2009 года постоянная полная утрата застрахованным лицом трудоспособности в результате болезни с установлением 2 группы инвалидности в течение периода действия страховой защиты признается страховым случаем.

При этом под полной постоянной утратой трудоспособности (инвалидностью) понимается социальная недостаточность вследствие нарушения здоровья со стойким расстройством функций организма, приводящая к ограничению жизнедеятельности и необходимости социальной защиты застрахованного лица.

Признание гражданина инвалидом осуществляется при проведении медико-социальной экспертизы, исходя из комплексной оценки состояния организма гражданина на основе анализа его клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых и психологических данных с использованием классификаций и критериев, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 22 августа 2005 года № 535. Датой наступления страхового случая по данному событию является дата установления застрахованному 1 или 2 группы инвалидности (пункт 3.4.3. договора страхования).

Из материалов дела следует, что …. в период с … по … года находился на стационарном лечении в травматологическом отделении БУЗ ВО «…» с диагнозом …, в период лечения … года ему была проведена операция …. … года он экстренно поступил в травматологический пункт БУЗ ВО «…». Имели место послеоперационные осложнения.

В результате проведения медико-социальной экспертизы при освидетельствовании … в ФКУ «ГБ МСЭ по … области» Минтруда России Бюро № 2 – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по …области» принято решение об установлении ему … года 2 группы инвалидности по общему заболеванию, диагноз ….

Пунктами 3.5., 3.5.1.16. договора страхования, а также пунктом 5.1.4.

раздела 5 Правил страхования от несчастных случаев и болезней предусмотрены исключения из страховой ответственности, в частности событие не признается страховым случаем, если оно произошло в результате лечения заболеваний, имевших место до начала или после окончания периода действия договора страхования, о которых страховщик не был поставлен в известность заранее.

Источник: https://pikabu.ru/story/proekt_zakona_predstaviteli_v_sude_mogut_byit_tolko_s_yuridicheskim_obrazovaniem_5376659

Совет при Президенте Российской Федерациипо развитию гражданского общества и правам человека

Об осуществлении представительства сторон в судах

ЭКСПЕРТНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека на законопроект № 273154-7 «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты»

29 сентября с.г. депутатом Государственной Думы П.В. Крашенинниковым в Государственную Думу внесен проект федерального закона № 273154-7 «Об осуществлении представительства сторон в судах и о внесении изменений в отдельные законодательные акты» (далее – законопроект).

Ознакомившись с законопроектом, Совет при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека (далее – Совет), руководствуясь подпунктом «д» пункта 4 Положения о Совете, утвержденного указом Президента Российской Федерации от 1 февраля 2011 г. № 120, констатирует следующее.

Как указано в пояснительной записке, законопроект разработан в целях обеспечения реализации прав граждан на получение квалифицированной юридической помощи, которое гарантировано каждому статьей 48 Конституции Российской Федерации.

По мнению автора законопроекта, отсутствие в действующем гражданском процессуальном, арбитражно-процессуальном и административно-процессуальном законодательстве требований к лицам, осуществляющим представительство в судах, иметь высшее юридическое образование, свидетельствует о низком качестве их услуг в связи с отсутствием надлежащей квалификации, при этом их статус оказывающих именно юридическую помощь может якобы вводить доверителей в заблуждение.

Для обеспечения конституционного права на получение квалифицированной юридической помощи предлагается установить к представителям в гражданском, арбитражном и административном судопроизводствах обязательное требование о наличии высшего юридического образования либо ученой степени по юридической специальности (изменения соответственно в ст. 49 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 59 Арбитражного процессуального кодекса РФ и ст. 55 Кодекса административного судопроизводства РФ).

Кроме того, предусматривается, что право на осуществление представительства иностранными организациями признается лишь при условии их аккредитации при общероссийской общественной организации, представляющей собой объединение граждан, имеющих высшее юридическое образование, и определяемой Правительством Российской Федерации. А для представителей из числа иностранных граждан – помимо требования о высшем юридическом образовании, полученном в Российской Федерации, предусмотрено также и условие о сдаче профессионального экзамена по юридической специальности в вышеназванной общероссийской общественной организации.

1. В части требования к судебному представителю иметь высшее юридическое образование

Позиция Совета относительно критериев квалифицированности юридической помощи и ограничения возможности осуществления судебного представительства только адвокатами сформулирована в Рекомендациях специального заседания Совета на тему: «О роли адвокатуры в правозащитной деятельности» от 18 августа 2015 г.

В развитие изложенных в названных Рекомендациях выводов Совет полагает, что выбор как представителя, так и необходимой степени квалифицированности предоставляемой им юридической помощи, осуществляет сам доверитель, исходя в том числе из документов об уровне образования, опыта и квалификации представителя. Государство лишь создает – в соответствие с Конституцией РФ – условия для возможного выбора разных форм и способов защиты.

Положения частей 1 и 2 ст.

45 Конституции РФ о гарантированности государственной защиты прав и свобод человека и гражданина и праве каждого защищать их всеми не запрещенными законом способами требуют обеспечения каждому лицу права привлечь для осуществления своего представительства или защиты специалистов в самых разных областях знаний, включая правоведение, как имеющих высшее юридическое образование, так и не имеющих его. При этом на представителей, не являющихся адвокатами, не распространяются специальные права и гарантии, предоставленные законодательством исключительно адвокатам (в части неприкосновенности, особого порядка привлечения к уголовной ответственности и т.д.), а также процессуальные полномочия адвоката-защитника по уголовным делам.

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда РФ, изложенных в постановлениях от 28 января 1997 г. № 2-П и от 16 июля 2004 г.

№ 15-П, законодатель должен обеспечивать баланс публичных интересов и прав и законных интересов лица при выборе представителя для судебной защиты, не допуская несоразмерного ограничения как права на судебную защиту, так и права на получение квалифицированной юридической помощи.

Лишение участников гражданского, административного и уголовного судопроизводства права обратиться помимо специалиста с высшим юридическим образованием или наряду с ним также к другим лицам, способным, как они полагают, оказать им юридическую помощь, фактически привело бы к понуждению использовать только один способ защиты, что не согласуется с частью 2 ст. 45 Конституции РФ – в ее соотношении с запретом снижать достигнутый уровень гарантий такой защиты. Данное ограничение, значительно сузив возможности каждого свободно выбирать способ защиты своих интересов, было бы препятствием к реализации гарантированного частью 1 ст. 46 Конституции РФ права на доступ к правосудию.

Более того, Совет, как и прежде, считает необоснованной не соответствующую названным правовым позициям Конституционного Суда РФ установленную в Кодексе административного судопроизводства РФ ограничительную регламентацию способов правовой помощи, а именно: возможность осуществления представительства в суде по административным делам лишь лицами, имеющими высшее юридическое образование (часть 1 ст. 55 КАС РФ), а также фактически принуждение заявителей, не имеющих высшего юридического образования, к ведению дел об оспаривании нормативных правовых актов в судах областного и более высокого уровня непременно с помощью представителя, имеющего высшее юридическое образование (часть 9 ст. 208 КАС РФ).

Совет отмечает, что даже в уголовном судопроизводстве предусмотрена возможность участия в качестве защитника наряду с адвокатом иного лица, о допуске которого ходатайствует обвиняемый, а при производстве у мирового судьи указанное лицо допускается и вместо адвоката (часть 2 ст. 49 УПК РФ).

Таким образом, в уголовном процессе законодатель допускает осуществление представительства лицами, от которых не требуется подтверждение их квалификации в области юриспруденции.

Согласно части 3 ст. 55 Конституции РФ права и свободы человека могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

С учетом изложенного, следует признать, что допуск специалистов, не имеющих высшего юридического образования, к осуществлению судебного представительства в гражданском, арбитражном или административном процессе не посягает ни на одну из конституционно значимых ценностей и не противоречит основам судопроизводства, закрепленным в части 3 ст. 123 Конституции РФ.

В пояснительной записке к законопроекту нет мотивированного обоснования необходимости изменения существующего положения.

Единственный аргумент о введении доверителя, рассчитывающего на юридическую помощь, в заблуждение в связи с возможным отсутствием у представителя высшего юридического образования не учитывает имеющееся у доверителя право требовать от представителя документального подтверждения уровня его образования, опыта, квалификации и др.

Совет отмечает, что международные нормы также не увязывают квалифицированность юридической помощи с обязательностью для представителя высшего юридического образования.

Так, согласно подпункту «d» пункта 3 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах (Нью-Йорк, 16 декабря 1966 г.) каждый обвиняемый в уголовном судопроизводстве имеет право защищать себя лично или через посредство выбранного им самим защитника.

Это право предполагает возможность обвиняемого обратиться к любому юристу (в том числе к лицу, выполняющему функции юриста, не имея официального статуса такового) за помощью для отстаивания и защиты его прав на всех стадиях уголовного разбирательства (Основные принципы, касающиеся роли юристов, принятые Восьмым конгрессом Организации Объединенных Наций по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями (Гавана, 27 августа — 7 сентября 1990 г.)).

При этом исключительное право выбора защитника принадлежит самому субъекту защиты, а не следователю, прокурору или какому-либо другому лицу.

Исключение лиц, не имеющих высшего юридического образования, из сферы оказания юридической помощи может крайне негативно отразиться на общедоступности и гарантированности государством защиты прав и свобод граждан, прежде всего, в традиционно необеспеченных правовой поддержкой сферах защиты прав беженцев, переселенцев, инвалидов и других малообеспеченных категорий населения, социальных и экологических прав – при существенной нехватке занимающихся данной помощью специалистов.

Тем более, что для юристов с высшим образованием такие сферы, к сожалению, пока по-прежнему рассматриваются как неприбыльные и не мотивирующие отслеживать развитие законодательства и правоприменительной практики в названных сферах в целях повышения качества своей юридической помощи гражданам.

Закрепление за специалистами, имеющими высшее юридическое образование, монопольного права на осуществление судебного представительства будет препятствовать конструктивной конкуренции между адвокатами и другими лицами, добросовестно оказывающими услуги в области юриспруденции.

2. В части условий аккредитации при общероссийской общественной организации граждан, имеющих высшее юридическое образование, и сдаче профессионального экзамена по юридической специальности в указанной общероссийской общественной организации – для приобретения права на оказание судебного представительства соответственно иностранной организацией и иностранным гражданином

Совет обращает внимание на то, что авторами пояснительной записки к законопроекту не указаны цели названных выше аккредитации и сдачи экзамена.

При этом в действующем правовом регулировании отсутствуют необходимые правовые основания для организации подобных процедур.

Не говоря уже о неясности критериев для определения такой организации, порядка проведения профессионального экзамена, выдачи документа об аккредитации и т.д.

Кроме того, не учтено противоречие указанных условий международным договорам Российской Федерации.

Признание в Российской Федерации полученных в иностранном государстве образования и (или) квалификации, помимо законодательства Российской Федерации, регулируется международными договорами о признании и эквивалентности иностранного образования и (или) иностранной квалификации (статья 107 Федерального закона от 29 декабря 20012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации»).

В частности, статья 1 «Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам» (г. Минск, 22 января 1993 г.

) предоставляет право «гражданам каждой из Договаривающихся сторон, а также лицам, проживающим на их территории, … право свободно и беспрепятственно обращаться в суды, прокуратуру и иные учреждения других Договаривающихся Сторон, к компетенции которых относятся гражданские, семейные и уголовные дела (далее – учреждения юстиции), выступать в них, подавать ходатайства, предъявлять иски и осуществлять иные процессуальные действия на тех же условиях, что и граждане данной Договаривающейся стороны. Положения настоящей Конвенции применяются также к юридическим лицам, созданным в соответствии с законодательством Договаривающихся сторон».

Ряд международных договоров Российской Федерации закрепляет признание дипломов о высшем образовании и ученых званий при поступлении на работу или осуществлении профессиональной деятельности (статьи 7 – 9, 11 Соглашения между Правительством Российской Федерации и Правительством Республики Беларусь о взаимном признании и эквивалентности документов об образовании, ученых степенях и званиях от 27 февраля 1996 г., статьи 8 – 12 Соглашения между Правительством Республики Беларусь, Правительством Республики Казахстан, Правительством Кыргызской Республики и Правительством Российской Федерации о взаимном признании и эквивалентности документов об образовании, ученых степенях и званиях от 24 ноября 1998 г. и др.).

Согласно пункту 21 Протокола о торговле услугами, учреждении, деятельности и осуществлении инвестиций (Приложение № 16 к Договору о Евразийском экономическом союзе от 29 мая 2014 г.

) каждое государство-член предоставляет услугам, поставщикам и получателям услуг другого государства-члена режим не менее благоприятный, чем режим, предоставляемый при таких же (подобных) обстоятельствах своим собственным таким же (подобным) услугам, поставщикам и получателям услуг.

Взаимное признание разрешений и профессиональных квалификаций отнесено к мерам, которые обеспечивают необходимую стабильность отношений в этой сфере. Соответственно, вопрос правомерности ограничения юридических услуг на территории ЕАЭС должен решаться в рамках механизмов, предусмотренных указанным Протоколом.

Нельзя не учитывать и тот факт, что предоставление одной из общественных организаций исключительного права проводить аккредитацию иностранных юридических и физических лиц, а также принимать квалификационные экзамены может интерпретироваться как коррупциогенное и нарушающее требования части 4 статьи 13 Конституции РФ, согласно которой все общественные организации равны перед законом.

На основании изложенного, Совет считает концепцию законопроекта не согласующейся с конституционными положениями об обеспечении в Российской Федерации прав и свобод человека и не соответствующей действующему законодательству, гарантирующему более высокий их уровень, и рекомендует отклонить законопроект.

Настоящее заключение подготовлено Советом при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека и принято путем заочного ания « 21 » декабря 2017 г.

Председатель Совета М.Федотов

Источник: http://president-sovet.ru/documents/read/580/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.