Заключение об обстоятельствах дела

Заключение эксперта – это не вновь открывшееся обстоятельство, а новое доказательство

Заключение об обстоятельствах дела
экспертиза в Севастополе https://ckexpert.ru/

Компания обратилась в суд с просьбой о пересмотре вступивших в законную силу решений в связи с новым обстоятельством – экспертным заключением. Однако апелляционный суд отказал и напомнил, что заключение эксперта – это новое доказательство, а не вновь открывшееся обстоятельство.

Суть дела

Межрайонная ИФНС (далее – инспекция) провела выездную проверку компании. Цель проверки: правильность исчисления и уплата налогов и сборов за период с 1 января 2013 г. по 31 декабря 2014 г.

Налоговики пришли к выводу, что компания создала формальный документооборот для получения необоснованной налоговой выгоды. В итоге компанию привлекли к налоговой ответственности в виде: штрафа в сумме 433 679 732 рублей, недоимки в сумме 1 260 829 091 рубль и пени в сумме 366 000 540 рубля.

Компания обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании решения инспекции недействительным.

Что решили суды?

Суд первой инстанции отклонил ходатайство компании о назначении финансово-экономической экспертизы из-за отсутствия правовых и фактических оснований. Отказал он компании и в удовлетворении требований.

Суд установил, что вменяемые нарушения подтверждаются доказательствами, установленными в ходе налоговой проверки: компания создала схему формального документооборота по приобретению товара по более высокой цене у контрагентов; фактически же она приобретала товар напрямую у производителей.

Суд признал решение инспекции о привлечении компании к ответственности законным и обоснованным.

Апелляция и кассация оставили решение без изменения.

Компания обратилась в Верховный Суд с жалобой, но ВС отказался её рассматривать.

Второй круг

Компания обратилась в суд первой инстанции с заявлением о пересмотре вступившего в законную силу судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам. По делу появились новые, существенные обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю.

Суд отметил:

  • Судебная экспертиза по вопросу проверки правильности исчисления налоговым органом суммы налогов НДС и суммы налога на прибыль в рамках настоящего арбитражного дела не проводилась. При этом, данные вопросы являются существенными при рассмотрении спора.
  • На дату судебного заседания стороны не знали и не могли знать, что в рамках расследования уголовного дела в отношении гендиректора Компании следователем назначена финансово-экономическая экспертиза.

Суд удовлетворил заявление компании.

Инспекция направила апелляционную жалобу с просьбой решение суда отменить и вынести по делу новый судебный акт об отказе компании в удовлетворении заявления о пересмотре решения суда от 11.01.2018 по вновь открывшимся обстоятельствам, ссылаясь на нарушение норм процессуального права.

Позиция компании:

Компания заявила ходатайство о приобщении к материалам дела:

  • заключение специалиста Экспертно-криминалистического отдела Управления криминалистики ГСУ СК РФ по Санкт-Петербургу;
  • заключение эксперта ФБУ «Северо-Западный региональный центр судебной экспертизы» Министерства юстиции;
  • уведомление следователя об ознакомлении с экспертизами и заявление представителя потерпевшего (инспекции) об отказе от ознакомления с материалами уголовного дела.

Суд отклонил ходатайство.

В ходе рассмотрения уголовного дела, возбужденного в отношении гендиректора компании, провели проверку документов, чтобы установить сумму НДС, неправомерно принятой к вычету в 2013 году и в 2014 году, и сумму налога на прибыль, не исчисленного и не уплаченного из-за неправомерного принятия расходов в целях уменьшения налоговой базы.

По результатам проведенного исследования составлено заключение специалиста от 16.05.2018:

  • сумма НДС, неправомерно принятого к вычету в 2013 г. и в 2014 г. составляет 279 624 074,24 рублей;
  • сумму налога на прибыль, не исчисленного и не уплаченного Компанией в связи с неправомерным принятием расходов в целях уменьшения налоговой базы, за 2013 и 2014 годы установить невозможно.

По мнению компании, поскольку сумму недоимки по НДС, согласно заключению специалиста, менее начисленной по решению налогового органа, данное обстоятельство является основанием для пересмотра судебного акта, вступившего в законную силу, по вновь открывшимся обстоятельствам на основании пункта 1 части 2 статьи 311 АПК РФ.

Позиция суда

Суд напомнил, что арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по новым или вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены в главе 37 АПК.

Суд указал:

  • Обстоятельства, которые являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта.

2. Представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 АПК РФ.

3. Заключение эксперта не имеет для суда заранее установленной силы и подлежит оценке наряду с другими доказательствами.

«Заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, не могут признаваться экспертными заключениями по рассматриваемому делу. Такое заключение может быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в соответствии со статьей 89 АПК РФ».

4. Заключение специалиста от 16.05.2018, составленное в рамках уголовного дела и полученное заявителем (компанией – прим ред.) от адвоката, не является вновь открывшимся обстоятельством, а является новым письменным доказательством.

Суд добавил, что следственные действия по уголовному делу не завершены, факты и обстоятельства, а также лицо, совершившее преступление, в рамках уголовного дела не установлены, приговор суда не вынесен. Таким образом, обстоятельства, на которые ссылалась компания, не могут быть отнесены к вновь открывшимся, в связи с чем основания для пересмотра решений суда отсутствуют.

13 ААС отказал Компании в пересмотре дела.

Источник: карточка дела № А56-50884/2017.

ЭКСПЕРТИЗА В СЕВАСТОПОЛЕ

ск эксперт https://ckexpert.ru/

Источник: https://zen.yandex.ru/media/id/5cebc43968bd73da535e85d4/zakliuchenie-eksperta--eto-ne-vnov-otkryvsheesia-obstoiatelstvo-a-novoe-dokazatelstvo-5daadb58fe289100b2524e83

Вс подтвердил право фас россии заключать соглашение с правонарушителем по обстоятельствам дела

Заключение об обстоятельствах дела

18 декабря Верховный Суд РФ вынес Определение № 305-ЭС19-17123 по делу об оспаривании ФАС России и торговой сетью «ДИКСИ ЮГ» решения кассации по делу привлечении последней к ответственности за нарушение антимонопольного законодательства, об апелляционном рассмотрении которого ранее писала «АГ».

Обстоятельства дела

Летом 2013 г. ООО «Фирма “Мортадель”» (Заказчик) и АО «ДИКСИ ЮГ» (Исполнитель) заключили договор об оказании рекламных, маркетинговых, информационных и иных услуг, которому предшествовало подписание ими договора поставки.

Стороны подписали различные приложения к договору об услугах (в том числе № 1 об оказании торговой сетью услуг по сбору и обработке статистических данных о динамике продаж товаров Заказчика, а также № 23 о соблюдении ею стандартов продаж).

Впоследствии «Фирма “Мортадель”» сообщила ФАС России о нарушении ее контрагентом антимонопольного законодательства. Далее компания безуспешно пыталась оспорить приложение № 1 к договору услуг (дело № А41-42493/2017) в судебном порядке. Впоследствии суд урегулировал взаимные иски контрагентов по заключенным между ними договорам (дело № А41-28216/2017).

При рассмотрении материалов дела № 5-9-1/00-18-17 антимонопольный орган выявил, что «Фирма “Мортадель”» не заказывала у «ДИКСИ ЮГ» услугу по соблюдению последним стандартов продаж. Несмотря на то что Заказчик оплатил такие услуги на сумму 35 млн руб.

, их экономическая обоснованность не была подтверждена соответствующим образом. Также ФАС России пришла к выводу, что торговая сеть не доказала экономическую обоснованность стоимости услуг по сбору и обработке статданных о динамике продаж товаров, оказанных на сумму 47 млн руб.

В подготовленном «ДИКСИ ЮГ» отчете отсутствовали единицы измерения данных, что делало его бесполезным для хозяйственной деятельности его контрагента. Помимо спорного характера стоимости оказанных услуг, рассчитанной торговой сетью самостоятельно, данные отчета расходились с объемами реализации продукции заказчика.

Кроме того, документ содержал сведения о реализации продукции фирмы, которая в отчетный период не реализовывалась в торговой сети «ДИКСИ ЮГ».

Антимонопольная служба также выяснила, что в процессе договорных отношений между двумя контрагентами именно «ДИКСИ ЮГ» настаивала на сотрудничестве исключительно на ее условиях и отказывалась учитывать пожелания другой стороны. После обращения фирмы в ФАС России торговая сеть расторгла с ней договор поставки.

В этой связи антимонопольный орган пришел к выводу о том, что торговая сеть обладала существенной рыночной властью над «Мортадель», в отличие от последней.

В процессе реализации договорных отношений между сторонами именно фирма находилась в зависимом положении от торговой сети, которая выступала «сильной» стороной в договорных отношениях и имела возможность диктовать условия сотрудничества.

В 2018 г. антимонопольный орган вынес решение, которым прекратил дело в отношении «ДИКСИ ЮГ» по признакам нарушения подп. «е» п. 4 ч. 1 ст. 13 Закона об основах госрегулирования торговой деятельности в РФ, выразившемся в навязывании контрагенту условий, не относящихся к предмету договора.

В то же время ФАС России выявила нарушение торговой сетью п. 2 ч. 1 ст.

13 указанного Закона в связи с односторонним определением ею условий реализации договора оказания услуг, которые были невыгодны ее контрагенту в силу воспрепятствования в его доступе к соответствующим товарным рынкам по определенным видам продовольствия.

Кассация не согласилась с изменением апелляцией мотивировки решения первой инстанции в связи с соглашением ФАС и нарушителя

Далее «Фирма “Мортадель”» и «ДИКСИ ЮГ» обратились в суд с заявлениями об оспаривании решения ФАС России. Так, торговая сеть ссылалась на необоснованность ее привлечения к ответственности за нарушение п. 2 ч. 1 ст.

13 Закона об основах госрегулирования торговой деятельности в РФ. Ее бывший партнер, наоборот, оспаривал непривлечение «ДИКСИ ЮГ» к ответственности за нарушения подп. «е» п. 4 ч. 1 ст. 13 вышеуказанного закона в редакции от 3 июля 2016 г.; подп. «г», «з», «к» п. 2 ч.

1 этой же статьи в редакции от 31 декабря 2014 г.

При рассмотрении заявлений, поданных двумя компаниями, суд первой инстанции объединил их в одно дело № А40-121722/2018 и полностью отказался удовлетворять требования заявителей.

Апелляция изменила мотивировку решения суда в связи с соглашением между ФАС и правонарушителемАпелляционный суд принял в качестве факта, не подлежащего доказыванию, обстоятельства, которые не признала одна из сторон по делу

В апелляционной инстанции ФАС России и АО «ДИКСИ ЮГ» подали заявление о признании сторонами обстоятельств в результате достигнутого между ними соглашения по делу.

Согласно ему антимонопольная служба отказалась признавать факт причинения торговой сетью убытков фирме, однако признала, что действия «ДИКСИ ЮГ» по одностороннему определению условий договора оказания услуг (касающихся приложений № 1 и 23) являются нарушением п. 2 ч. 1 ст. 13 Закона об основах госрегулирования торговой деятельности в РФ.

За данное нарушение торговая сеть была оштрафована на 2 млн руб. В этой связи АО «ДИКСИ ЮГ» просило суд исключить из мотивировочной части решения антимонопольного органа отдельные формулировки, противоречащие указанному соглашению.

Вторая инстанция отметила, что по правилам ч. 2 ст. 70 АПК РФ признанные сторонами в результате достигнутого между ними соглашения обстоятельства принимаются арбитражным судом в качестве фактов, не требующих дальнейшего доказывания.

Как пояснила апелляция, взаимосвязь между расторжением договора и указанными событиями антимонопольным органом не проверялась, но была ошибочно констатирована, равно как антимонопольным органом не проверялась достоверность отдельных величин, на которые ссылалась «Фирма “Мортадель”» (изменения выручки от продаж, численности поголовья скота, численности работников), каждая из которых подтверждалась лишь ее односторонними документами.

Если ряд обстоятельств, поименованных в решении государственного органа, является недоказанным, с чем последний не спорит, подписывая соответствующее соглашение об обстоятельствах, такие факторы не могут быть указаны в мотивировочной части судебного акта. В этой связи апелляция изменила решение суда, исключив спорные формулировки из его мотивировочной части. При этом само судебное решение было оставлено в силе, поскольку ошибочные выводы первой инстанции не привели к принятию неправильного решения.

Впоследствии кассация отметила постановление апелляции в части изменения мотивировочной части решения суда первой инстанции, при этом оставив его остальную часть без изменений.

Суд округа указал, что заключенное между антимонопольным органом и обществом «ДИКСИ ЮГ» соглашение по обстоятельствам не является результатом примирения сторон, поскольку «Фирма “Мортадель”» не является созаявителем в данном соглашении и имеет возражения относительно него.

Окружной суд добавил, что соглашение фактически направлено на изменение оспариваемого ненормативного акта антимонопольного органа, в связи с чем оно не должно было приниматься во внимание судом апелляционной инстанции.

Верховный Суд не согласился с выводами нижестоящих судов

В своих кассационных жалобах в Верховный Суд антимонопольный орган и «ДИКСИ ЮГ» просили отменить постановление окружного суда в связи с существенным нарушением им норм процессуального права и оставить в силе судебный акт апелляции.

После изучения материалов дела высшая судебная инстанция напомнила, что при рассмотрении спора о законности ненормативного правового акта, принятого антимонопольным органом, последний не лишен возможности примирения с лицом, оспаривающим этот акт в суде, в том числе путем заключения соглашения по обстоятельствам дела.

Юридическим последствием заключения такого соглашения является освобождение участников соглашения от обязанности доказывать обстоятельства, влияющие на оценку законности оспариваемого решения антимонопольного органа согласно ч. 2 и 5 ст. 70 АПК РФ.

Таким образом, ВС признал ошибочным вывод суда округа о недопустимости заключения соглашения по обстоятельствам дела с антимонопольным органом как фактически изменяющего оспариваемое решение ФАС России.

Верховный Суд также не согласился с выводом кассации о недопустимости заключения соглашения по обстоятельствам между обществом «ДИКСИ ЮГ» и антимонопольным органом без участия в этом соглашении общества «Мортадель». Ведь по смыслу разъяснений Постановления Пленума ВАС РФ о примирении сторон в арбитражном процессе от 18 июля 2014 г.

№ 50, если в деле участвуют несколько заявителей, оспаривающих ненормативный правовой акт антимонопольного органа, то соглашение по обстоятельствам дела может быть заключено как между всеми заявителями и антимонопольным органом, так и между некоторыми из них, если это не препятствует рассмотрению судом требований другого заявителя.

Кроме того, Суд указал и на ошибки апелляционной инстанции, которая, исключив из мотивировочной части решения суда первой инстанции выводы о неблагоприятных последствиях, наступивших для общества «Мортадель» в результате действий «ДИКСИ ЮГ», не учла некоторые обстоятельства.

В частности, соглашение об обстоятельствах подлежит рассмотрению и оценке судом на предмет наличия препятствий для его принятия, с учетом того, что оно не должно противоречить закону, нарушать права других лиц.

Такое соглашение также не должно заключаться в целях недобросовестного сокрытия определенных фактов или под неправомерным воздействием, искажающим волеизъявление признающего лица.

«С учетом характера рассматриваемого спора, субъектного состава участников дела о нарушении антимонопольного законодательства суду апелляционной инстанции надлежало установить все обстоятельства, связанные с производством по антимонопольному делу, оценить выводы, ставшие впоследствии предметом соглашения, основания их включения ФАС России в мотивировочную часть ненормативного правового акта, а также последствия такого исключения из оспариваемого решения для общества “Фирма “Мортадель” как лица, инициировавшего рассмотрение дела о нарушении обществом “ДИКСИ ЮГ” антимонопольного законодательства», – отметил ВС.

Он добавил, что «Мортадель», не будучи участником соглашения по обстоятельствам дела, имело право заявлять доводы о нарушении своих прав и законных интересов этим соглашением, представлять доказательства, опровергающие обстоятельства, указанные в нем.

Это, в свою очередь, должно было учитываться судом при оценке возможности освобождения общества «ДИКСИ ЮГ» и ФАС России от доказывания соответствующих фактов. Хотя такого рода доводы приводились обществом «Фирма “Мортадель”» при рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции, последняя не проверила их по существу.

В этой связи ВС РФ отменил судебные акты апелляции и кассации и направил дело на новое рассмотрение во вторую судебную инстанцию.

Эксперты «АГ» прокомментировали выводы ВС РФ

Адвокат АП Самарской области Александр Тамодлин отметил, что на каждом этапе рассматриваемого спора нижестоящие суды допустили различные по своему характеру последствий нарушения. «Антимонопольный орган отразил в своем решении обстоятельства, которые не исследовал.

Суд первой инстанции без проверки перенес их в судебный акт.

Апелляционный суд принял заявленное двумя участниками спора соглашение об обстоятельствах, отчасти затрагивающее интересы возражающего третьего, а окружной суд на этом основании посчитал, что подобное соглашение в целом не могло быть признано», – пояснил он.

По словам эксперта, не удивительно, что чехарда в судебных актах привлекла внимание Верховного Суда, который обоснованно отправил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В то же время адвокат выразил сожаление ввиду отсутствия выраженной позиции высшего судебного органа относительно способа разрешения рассматриваемого спора.

По его мнению, ВС РФ, отметив ошибки нижестоящих судов, не указал, каким образом они должны быть устранены.

«При новом рассмотрении апелляция должна будет дать ответы на несколько противоречивых вопросов: принимать ли соглашение между ПАО “Дикси” и ФАС в части, не затрагивающей интересы ООО “Фирма “Мортадель”, и какое значение будет иметь заявленное ранее соглашение, если стороны на этапе пересмотра откажутся его поддержать в усеченном виде; возможно ли “подкорректировать” судебным актом огрехи контролирующего органа, признав незаконным его решение лишь в части обстоятельств, которые не были исследованы или же необоснованность такого решения в части порождает его общее правоприменительное бессилие», – полагает Александр Тамодлин. Он также предположил, что рассматриваемый спор представляет собой важный правовой вопрос, поэтому, возможно, он вновь станет предметом рассмотрения высшей инстанции.

Старший консультант юридической компании «Каменская & партнеры» Илья Тюленев отметил, что Верховный Суд справедливо подтвердил право заключения соглашений между сторонами в рамках судебного дела, в том числе с учетом нескольких заявителей (истцов) с самостоятельными требованиями. «Такое решение должно положительно отразиться на распространении практики примирения с антимонопольным органом», – отметил он.

Эксперт добавил, что решение Верховного Суда отправить дело на новое рассмотрение можно воспринимать как предостережение от злоупотребления институтом примирения (признания).

«Следует согласиться, что судам необходимо контролировать содержание соглашений, не допуская нарушения ими прав и законных интересов других лиц. К примеру, стороны могли бы прийти к соглашению об отсутствии убытков у потерпевшего.

При указании такого обстоятельства во вступившем в законную силу судебном акте оно бы имело преюдициальное значение для иных споров, ввиду чего ВС РФ указал на необходимость выяснения мнения других лиц, чьи права и законные интересы может затронуть соглашение. Стоит отметить, что в силу ч. 5 ст.

49 АПК РФ учитывать права и законные интересы других лиц при оценке соглашений необходимо вне зависимости от того, являются они непосредственно лицами, участвующими в деле, или нет», – заключил Илья Тюленев.

В свою очередь юрист юридической фирмы Eterna Law Сергей Степанов отметил, что в рассматриваемом деле Верховный Суд обозначил важные для правоприменительной практики рамки.

«Однако ситуация, при которой заключение соглашения об обстоятельствах между антимонопольным органом и одним из заявителей, между которыми имеется спор, не затронет интересы другого заявителя, видится маловероятной», – полагает эксперт.

По его мнению, принимая процессуальное решение о направлении дела на новое рассмотрение, Верховный Суд фактически предрешил его исход, поскольку нарушение законных интересов общества «Мортадель» в данных обстоятельствах представляется очевидным.

Источник: https://www.advgazeta.ru/novosti/vs-podtverdil-pravo-fas-rossii-zaklyuchat-soglashenie-s-pravonarushitelem-po-obstoyatelstvam-dela/

Статья 48.1. Заключение об обстоятельствах делаКомментарий к статье 48.1

1. Согласно ч. 1 настоящей статьи комиссия принимает заключение об обстоятельствах дела перед окончанием рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства при установлении в действиях (бездействии) ответчика по делу нарушения антимонопольного законодательства.

Практическое значение данного заключения состоит в том, что оно позволяет сторонам по делу своевременно изучить и понять позицию антимонопольного органа и донести до него свои замечания, что способствует повышению прозрачности принятия решения. Комиссия, в свою очередь, должна изучить полученную информацию и с ее учетом принять окончательное решение о наличии или отсутствии нарушения антимонопольного законодательства (см. Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2017 г. по делу N А27-15203/2017).Принятие заключения об обстоятельствах дела является одним из этапов, предшествующих вынесению антимонопольным органом решения о наличии либо отсутствии нарушений антимонопольного законодательства.

Пример: судом было рассмотрено требование АО “Санаторий “Красноярское Загорье” о признании незаконным решения антимонопольного органа об отказе в возбуждении дела ввиду отсутствия признаков нарушения антимонопольного законодательства. Суд указал, что для решения о возбуждении дела антимонопольным органом должен быть сделан вывод о наличии признаков нарушения.

Установление факта злоупотребления доминирующим положением на стадии рассмотрения заявления не требуется, поскольку решение о наличии либо отсутствии нарушений антимонопольного законодательства в действиях соответствующего субъекта принимается после возбуждения дела по выявленным признакам такого нарушения, после проведения разбирательства по делу в порядке ст. ст. 45 – 45.

2 комментируемого Закона, составления комиссионного заключения об обстоятельствах дела в порядке ст. 48.1 комментируемого Закона, а также его оценки наряду с иными доказательствами и доводами участвующих в деле лиц с соблюдением требований ст. 49 комментируемого Закона (см. Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 13 сентября 2017 г. по делу N А33-2718/2017).

2. Согласно ч. 2 комментируемой статьи заключение об обстоятельствах дела оформляется в виде отдельного документа, подписывается председателем и членами комиссии.
Форма заключения утверждена Приказом ФАС России от 22 декабря 2006 г. N 337 “Об утверждении форм актов, принимаемых комиссией по рассмотрению дела о нарушении антимонопольного законодательства” в приложении N 20.
Заключение в обязательном порядке должно содержать фактические и иные обстоятельства дела, установленные комиссией, в том числе:- обстоятельства, установленные в ходе проведенного антимонопольным органом анализа состояния конкуренции;- обстоятельства, установленные в ходе проведения проверок соблюдения требований антимонопольного законодательства.В целях обеспечения режима охраны коммерческой тайны комиссии антимонопольного органа при подготовке соответствующих заключений об обстоятельствах дела следует описывать соответствующие обстоятельства и доказательства в объеме, необходимом для принятия процессуального решения, без включения информации, непосредственно составляющей коммерческую тайну .
——————————– Разъяснение Президиума ФАС России от 21 февраля 2018 г. N 13 “Об информации, составляющей коммерческую тайну, в рамках рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, проведении проверок соблюдения антимонопольного законодательства, осуществлении государственного контроля за экономической концентрацией”, утв. протоколом Президиума ФАС России от 21 февраля 2018 г. N 2.

Кроме того, заключение должно содержать:

доказательства, на которых основаны выводы комиссии об обстоятельствах дела;
мотивы, по которым комиссия отвергла те или иные доказательства, приняла или отклонила приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле.Соответствие содержания заключения об обстоятельствах дела требованиям ст. 48.1 комментируемого Закона может проверяться при обжаловании решений и предписаний антимонопольного органа.

Пример: судами был правомерно отклонен довод ОГУП “ОЦТИ по Челябинской области” о допущенном антимонопольным органом нарушении ст. 48.

1 комментируемого Закона при рассмотрении дела, поскольку в заключении об обстоятельствах по делу указаны не все доказательства по данному делу и предприятию не предоставлена возможность представить пояснения.

Как следует из заключения управления об обстоятельствах дела, в нем содержалась информация, на которой антимонопольный орган основывал свои выводы, в том числе информация о росте прибыли и затрат предприятия за 2013 – 2015 годы, информация из смет доходов, расходов и использования прибыли, что не свидетельствует о нарушении комментируемого Закона (см. Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 9 февраля 2017 г. по делу N А76-8114/2016).

Необходимо отметить, что, по мнению судов, заключение об обстоятельствах дела не является ненормативным правовым актом, оспаривание которого может осуществляться по правилам ст. 198 АПК РФ, поскольку не возлагает обязанности, влияющие на права хозяйствующего субъекта в сфере предпринимательской деятельности, а также не возлагает на него каких-либо обязанностей и не несет никаких правовых последствий. Следовательно, заключение об обстоятельствах дела, принятое Комиссией в процессе рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, не является ненормативным правовым актом органа исполнительной власти, не обладает необходимыми признаками для признания его таковым, поэтому не подлежит самостоятельному обжалованию в суде в порядке 24 главы АПК РФ (Постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15 декабря 2017 г. по делу N А27-15203/2017).
3. Согласно ч. 3 комментируемой статьи в случае принятия заключения об обстоятельствах дела дело о нарушении антимонопольного законодательства подлежит отложению. При этом дата очередного рассмотрения дела не может быть назначена ранее чем через 5 рабочих дней со дня направления лицам, участвующим в деле, копии заключения об обстоятельствах дела.
Копия заключения об обстоятельствах дела направляется лицам, участвующим в деле, в течение 5 рабочих дней со дня вынесения определения об отложении рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства (ч. 4 комментируемой статьи).По мнению ФАС России, в случае если обоснование выводов комиссии антимонопольного органа невозможно без включения информации, составляющей коммерческую тайну, такая информация подлежит включению в соответствующий акт, однако в целях соблюдения баланса публичных и частных интересов всех участников сложившихся отношений антимонопольный орган обязан выдать (предоставить для ознакомления, направить) лицам, участвующим в деле, не получившим соответствующего согласия обладателя таких сведений, копию соответствующего акта, исключив из него сведения, составляющие коммерческую тайну. Например, следует, не изменяя структуру документа, оформить соответствующую часть его текста в виде, не поддающемся прочтению, либо перенести текст, содержащий сведения, составляющие коммерческую тайну, в приложение к документу, не подлежащее выдаче лицам, не получившим соответствующего согласия .——————————– См.: Разъяснения Президиума ФАС России от 21 февраля 2018 г. N 13 “Об информации, составляющей коммерческую тайну, в рамках рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства, проведении проверок соблюдения антимонопольного законодательства, осуществлении государственного контроля за экономической концентрацией”, утв. протоколом Президиума ФАС России от 21 февраля 2018 г. N 2.

4. Лицам, участвующим в деле, предоставлено право предоставить комиссии пояснения, доказательства и приводить доводы в письменной форме в отношении обстоятельств, изложенных в заключении об обстоятельствах дела (ч. 5 настоящей статьи).

Перечисленные материалы могут быть предоставлены до окончания рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства и оглашения резолютивной части решения по нему на заседании комиссии.По итогам изучения представленных лицами, участвующими в деле, пояснений, доказательств и доводов комиссия может принять следующие решения:

1) об отложении рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании п. 1 ч. 1.1 ст.

47 комментируемого Закона – в случае, если представленные пояснения, доказательства и доводы свидетельствуют о наличии в действиях (бездействии) ответчика по делу признаков иного нарушения антимонопольного законодательства, чем нарушение, по признакам которого принято заключение об обстоятельствах дела (ч. 6 комментируемой статьи);

2) о прекращении рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании п. 1 ч. 1 ст. 48 комментируемого Закона – в случае, если представленные пояснения, доказательства и доводы в отношении обстоятельств, изложенных в заключении об обстоятельствах дела, свидетельствуют об отсутствии в рассматриваемых комиссией действиях (бездействии) нарушения антимонопольного законодательства (ч. 7 комментируемой статьи).

Источник: https://kommentarii.org/2019/zashchitekon_kurentcii/page86.html

Почему суды боятся применять заверения об обстоятельствах по их прямому назначению. Моя мотивировка и публичное обсуждение прецедентного дела из Арбитражного суда г. Москвы

Заключение об обстоятельствах дела

Институт заверений об обстоятельствах в ГК появился в 2015 году и активно применяется при структурировании сделок, купле-продаже акций и долей в уставном капитале, а также в других сделках, но при такой явной популярности этого института у юристов-сделочников суды имеют к этому институту какое-то странное отторжение – они его всячески обходят. 

Обсуждения с коллегами также привели к тому, что многие не до конца понимают как этот институт работает и все сводится к одному вопросу: «Если после заключения договора купли-продажи доли в уставном капитале, в отношении которой были даны заверения, они оказались недостоверными и общество понесло убытки, то почему именно покупатель доли должен требовать возмещения убытков? Он то никому ничего не платил!». 

Практически полное отсутствие практики применения ст.431.2 ГК к купле-продаже долей в уставном капитале вылилось в очень неоднозначный спор, который уже рассмотрели и Арбитражный суд г. Москвы и 9 ААС. 

Краткая фабула дела:

Между Продавцом и Покупателем (оба физ.лица) заключен договор купли-продажи 100% доли в уставном капитале ООО «Весна». Доля отчуждена по ее номинальной стоимости 10 000 рублей. 

Спустя некоторое время МОЭСК обращается в суд с иском к ООО «Весна» о взыскании неосновательного обогащения в виде стоимости бездоговорного потребления и взыскивает более 8 млн. рублей за период до заключения договора купли-продажи, когда директором был Продавец. К участию в деле в качестве 3-го лица был привлечен Продавец. 

После исполнения решения суда ООО «Весна» обратилось с иском к Продавцу доли, ссылая на (!!!) нарушение Продавцом заверений об обстоятельствах, предоставленных Покупателю в договоре купли-продажи доли в уставном капитале.  

Рассмотрение дела в суде первой инстанции:

Суд вообще ничего не понял и квалифицировал требование ООО «Весна» как требование о взыскании убытков с участника. 

Суд отметил, что Продавец как участник не принимал решений о бездоговорном потреблении электроэнергии.

ООО «Весна» не было лишено возможности контролировать взаимодействие с контрагентами и поставщиками ресурсов в рамках обычной хозяйственной деятельности организации, а также обеспечить квалифицированное юридическое сопровождение судебного дела по взысканию неосновательного обогащения за бездоговорное потребление электроэнергии. 

Суд счел, что Истец не доказал вину Ответчика как бывшего участника ООО «Весна» и прямую причинно-следственную связь между действиями Ответчика и бездоговорным потреблением Истцом как юридическим лицом электроэнергии, явившемся основанием для взыскания с ООО «Весна» указанной суммы. 

В итоге суд резюмировал, что Истец не доказал всей совокупности обстоятельств для привлечения Продавца доли к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков и отказал в удовлетворении иска. 

Рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции:

Суд апелляционной инстанции отметил, что факт бездоговорного потребления электроэнергии до даты заключения договора купли-продажи 100% доли уже был выявлен, акт о бездоговорном потреблении был направлен и получен Обществом, а следовательно на момент заключения договора купли-продажи Продавец как единственный участник не мог не знать о наличии акта бездоговорного потребления и об обязанности ООО «Весна» перед МЭСК по оплате бездоговорного потребления электроэнергии. 

Суд сослался на условие договора купли-продажи, согласно которому Общество не имеет задолженности перед третьими лицами и по налогам. В случае возникновения/выявления покупателем указанных задолженностей, продавец обязуется обеспечить погашение Обществом долгов в течение 30 календарных дней с даты получения требования покупателя за свой счет без участия покупателя. 

Суд буквального истолковал это положение договора и отметил, что Продавец принял на себя обязательство обеспечить погашение Обществом перед третьими лицами задолженности за свой счет, однако от исполнения принятого на себя обязательства уклонился. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что Продавец неосновательно сберег за счет Общества денежные средства в виде стоимости бездоговорного потребления электроэнергии и применил ст.1102 ГК, удовлетворив иск. 

Отдельно апелляционный суд отметил, что доводы Ответчика об отсутствии вины в понесенных Обществом расходов опровергается установленными по делу фактическими обстоятельствами, поскольку Ответчик не доказал факт исполнения, принятых на себя обязательств по обеспечению погашения задолженности Обществом перед третьими лицами за свой счет. 

Также суд отметил, что нижестоящий суд правомерно отказал Покупателю 100% доли о вступлении в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, поскольку заявленные Покупателем требования не являются идентичными по отношению к требованию истца. 

Мои размышления по поводу этого дела:

Дело крайне интересное, но так ли нужно было его разрешить, через неосновательное обогащение? Я полагаю, что нет. 

Какие ошибки я вижу в этом постановлении, если рассматривать его в том виде, в каком оно есть сейчас:

  1. Отметив договорную конструкцию предоставленного Продавцом заверения, суд не применил норму ст.431.2 ГК и даже не сослался на нее в рассуждениях.
  2. Договор купли-продажи, на который ссылается в своих рассуждениях суд апелляционной инстанции, заключен между Продавцом и Покупателем, а 100% для в уставном капитале Общества по сути является в нем предметом, т.к. по указанному договору осуществлялась продажа 100% долей в уставном капитале Общества. Если представить, что по договору купли-продажи продавалось бы не 100% долей в уставном капитале, а, например, контейнер с бананами, то иск в данном случае заявлен от контейнера с бананами, который ссылается на договор купли-продажи.
  3. Сам факт исполнения Обществом решения о взыскании стоимости бездоговорного потребления не отменяет договорную природу обязательства и не трансформирует его в недоговорное.  

Как известно, обязательство из неосновательного обогащения имеет внедоговорную природу, но если представить, что в данном деле договор купли-продажи отсутствовал бы, то Общество могло бы ссылаться исключительно на деликтную природу убытков (по этому пути и пошел суд первой инстанции), но никак не на неосновательное обогащение.  Напомню, Продавец был участником Общества. 

Безусловно, Общество вправе предъявить к бывшему участнику иск, но он должен быть основан на п.3 ст.53.1 ГК. 

Как бы я мотивировал данный судебный акт:

Дословно спорный абз.5 п.5 Договора звучит следующим образом:

Общество не имеет задолженности перед третьими лицами и по налогам. В случае возникновения / выявления Покупателем указанных задолженностей, Продавец обязуется обеспечить погашение Обществом долгов в течение 30 календарных дней с даты получения требования Покупателя за свой счет без участия Покупателя.

В соответствии с п.п. 1 и 4 ст.431.

2 ГК сторона, которая при заключении договора либо до или после его заключения дала другой стороне недостоверные заверения об обстоятельствах, имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, обязана возместить другой стороне по ее требованию убытки, причиненные недостоверностью таких заверений, или уплатить предусмотренную договором неустойку.

Последствия, предусмотренные п.п.

1 и 2 статьи, применяются к стороне, давшей недостоверные заверения при осуществлении предпринимательской деятельности, а равно и в связи с корпоративным договором либо договором об отчуждении акций или долей в уставном капитале хозяйственного общества, независимо от того, было ли ей известно о недостоверности таких заверений, если иное не предусмотрено соглашением сторон.

В случаях, предусмотренных абз.1 настоящего пункта, предполагается, что сторона, предоставившая недостоверные заверения, знала, что другая сторона будет полагаться на такие заверения.

В соответствии с п.34 постановление Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» в силу п.1 ст.431.

2 ГК сторона договора вправе явно и недвусмысленно заверить другую сторону об обстоятельствах, как связанных, так и не связанных непосредственно с предметом договора, но имеющих значение для заключения договора, его исполнения или прекращения, и тем самым принять на себя ответственность за соответствие заверения действительности дополнительно к ответственности, установленной законом или вытекающей из существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Если сторона договора заверила другую сторону об обстоятельствах, непосредственно относящихся к предмету договора, последствия недостоверности заверения определяются правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а также ст.431.2 ГК, иными общими положениями о договоре и обязательствах (п.1 ст.307.1 ГК).

В частности, когда продавец предоставил покупателю информацию, оформив ее в виде заверения, о таких характеристиках качества товара, которым в большинстве случаев сходный товар не отвечает, и эта информация оказалась не соответствующей действительности, к отношениям сторон, наряду с правилами о качестве товара, подлежат применению согласованные меры ответственности, например установленная сторонами на случай недостоверности заверения неустойка. Равным образом такой подход применяется к случаям, когда продаются акции или доли участия в обществах с ограниченной ответственностью и продавец предоставляет информацию в отношении характеристик хозяйственного общества и состава его активов.

Согласно абз.2 п.

35 вышеуказанного постановления Если заверение предоставлено лицом при осуществлении предпринимательской деятельности или в связи с корпоративным договором или договором об отчуждении акций (долей в уставном капитале) хозяйственного общества, то в случае недостоверности заверения последствия, предусмотренные п.п. 1 и 2 ст.431.2 ГК, применяются к предоставившему заверение лицу независимо от того, было ли ему известно о недостоверности таких заверений (независимо от вины), если иное не предусмотрено соглашением сторон.

Исходя из буквального толкования абз.5 п.5 Договора, ответчик принял на себя обязательство обеспечить погашение Обществом перед третьими лицами задолженности за свой счет, однако от исполнения принятого на себя обязательства уклонился.

Между тем, буквальное толкование указанного пункта не позволяет сделать вывод о том, что при исполнении Обществом требований третьих лиц об оплате задолженности Должник обязан возместить указанные убытки именно Обществу, в связи с чем у Общества не возникло права требования к Ответчику, основанного на абз.5 п.5 Договора. 

Руководствуясь вышеизложенным, суд отклоняет довод Истца о необходимости применения к указанным правоотношениям ст.430 ГК, поскольку из вышеуказанного пункта Договора однозначно не следует о необходимости возмещения расходов Общества в случае возмещения им таковых в пользу третьих лиц. 

В указанном случае также не могут быть применены положения ГК о неосновательном обогащении, поскольку в соответствии с постановлением Президиума ВАС РФ 29.06.2004 № 3771/04 по делу А47-37529/03 если отношения сторон вытекают из договора и урегулированы нормами обязательственного права, положения о неосновательном обогащении не применяются. 

Таким образом, в связи с тем, что ООО «Весна» не является стороной договора купли-продажи 100% в уставном капитале, заключенного между Продавцом и Покупателем, в удовлетворении исковых требований следует отказать. 

Если проанализировать практику применения ст.431.2 ГК, то можно проследить следующую тенденцию – суды всячески обходят применение указанной нормы. В рассматриваемом случае суды обошли применение ст.431.2 ГК через неосновательное обогащение, что, очевидно, является неверным.

Коллеги, хочу услышать Ваше мнение относительного данного спора. 

P.S. я намеренно не затронул вопрос вступления в дело в качестве третьего лица, заявляющего самостоятельные требования, Покупателя, т.к. в контексте поставленного вопроса это не играет существенного значения. 

Источник: https://zakon.ru/blog/2020/10/25/pochemu_sudy_boyatsya_primenyat_zavereniya_ob_obstoyatelstvah_po_ih_pryamomu_naznacheniyu_moya_motiv

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.